Антисионизм

Узнай ПРАВДУ про мировое закулисье, сионизм, иудаизм - разоблачаем мировую паразитическую систему

ХАБАД в Белом Доме. Самыми влиятельными людьми в Белом Доме станут хабадники: дочь и зять Трампа Ссылки на холокост — это трюк, цель которого — лишить законных оснований любую критику иудеев Болезнь «избранности» есть психиатрическое и тяжелейшее заболевание человечества Сто лет сокращению населения: Фашизм не изжит?
Новости

Разоблачение сионистского мифа о желании евреев переселяться в Палестину-2

Начало здесь

...Несмотря на преследования, которые выпадали на долю еврейских общин в Португалии, Испании, Англии и некоторых других странах, пути их миграции были и в средние века разочаровывающими для сионистов.

Если в VIII и IX веках, как писал Сесиль Рот, центром иудейской религии была долина Евфрата, то к XVI веку им становится Польша 43.

Хорошо зная об этих фактах, сионисты попытались (особенно когда речь идет об эпохе средних веков) вторгнуться в сферу, из которой вплоть до настоящего времени их стремятся выбить ортодоксы-раввины, оставшиеся еще кое-где, в том числе и в Израиле.

Не имея возможности манипулировать в отношении эпохи средневековья такими доводами, как "вавилонский плен" или "второе разрушение храма римлянами", они ухватились за мессианскую идею - идею "прихода мессии и собирания изгнанных", утверждая, что эта идея является, с одной стороны, "выражением национального духа евреев", а с другой - "подтверждением их вечно живой готовности вернуться в Палестину".


Здесь, однако, сионистов ставит в неловкое положение теолог Манассех Бен Исраэль (1606-1657). Именно имея в виду идею прихода мессии, он ходатайствовал перед Кромвелем о разрешении еврейским общинам вновь поселиться в Англии. Ход его рассуждений был примерно таков: мессии нет; когда он появится - известно лишь одному богу, но в писании сказано, что возвращению евреев в "святую землю" должно предшествовать их полное рассеяние, которое нельзя считать завершенным, коль скоро евреи не живут в Англии 44. Поселение евреев в Англии возобновилось.

Идея прихода мессии, заимствованная у иудаизма христианской религией и исламом (так же как в свое время иудаизм заимствовал основополагающие концепции у зороастризма [Религия древних жителей Ирана]), была сформулирована, как это не раз было доказано, с целью увековечения классового общества и системы эксплуатации, с тем чтобы лишить эксплуатируемых веры в возможность борьбы за лучшее будущее.

Сионисты же пытаются представить мессианскую идею как символ интеллектуальной и физической привязанности евреев к Палестине, как проявление их "непрекращающейся ностальгии".

Эмоциональные переживания, в особенности когда дело касается миллионов людей, живущих на различных материках, говорящих на разных языках, подвергающихся самым разным влияниям, - это та область, в которую мы не намерены вторгаться с беспардонностью сионистов, а тем более делать какие-либо категорические заявления.Что же касается физической привязанности к Палестине, то она существовала, как о том говорят факты, в несколько обескураживающей (для сионистов) форме: для ведения ряда финансовых операций правила требовали, чтобы приверженец иудейской веры владел земельным участком.

В связи с этим требованием "первые иудейские священнослужители издали в Вавилонии указ, по которому каждый еврей мог заявить о владении несуществующими четырьмя элями палестинской земли" 45. Последующие события, связанные с "вавилонским пленом", нам уже известны.

"В периоды напряженности, - справедливо подчеркивал Сало Бэрон, - призывы о приходе мессии усиливались... в более спокойные времена мессию не торопили, а многие, видно, вообще начинали сомневаться в необходимости мессианской идеи для сохранения иудейской религии" 46.

Предоставим же сионистам в этом пункте возможность продолжать полемику с ортодоксами-раввинами и Сало У. Бароном.

Из Польши, к очередному разочарованию сторонников концепции извечной притягательности Палестины, еврейские общины стали расселяться по России. К 1770 году, по свидетельству Хеймсона 47, из миллионов евреев, населявших самые разные страны мира, еврейское население Палестины составляло всего 5 тысяч человек, в то время как в одной России число подданных еврейского происхождения уже тогда было во много крат больше.
Русский царизм подвергал неимущих евреев, наряду с другими национальными группами и народами, гонениям и жестокой эксплуатации. Царские власти установили для них так называемую "черту оседлости", история основания которой изложена Т. Гейликманом.

"В своем прошении, - пишет автор, - московские купцы жалуются, что евреи "производят розничную торговлю вывозимыми самими ими из-за границы иностранными товарами с уменьшением против настоящих цен, тем самым здешней всеобщей торговле причиняют весьма чувствительный вред и помешательство.

И сия против всех российских купцов дешевая товаров продажа явно доказывает не что иное, как тайный через границы провоз и совершенную утайку пошлин"".

Московские купцы, продолжает Т. Гейликман, не считают даже нужным прикрываться фиговым листом защиты религии. Напротив, они подчеркивают, что "отнюдь не из какого-либо к ним, в рассуждении их религии, отвращения и ненависти", а исключительно из-за материального ущерба они испрашивают запрещения евреям торговать, изгнания уже поселившихся и исключения записавшихся тайно в мoсковское купечество.

Екатерина II, пишет далее автор, удовлетворила это ходатайство и признала, что "евреям принадлежит только право записываться в купечество в пределах Белоруссии, Екатеринославского наместничества и Таврической губернии. Этим законом (1796) и была установлена так называемая черта еврейской оседлости" 48.

Истории известно, что через короткий срок поляковы, гинцбурги и прочие магнаты преодолели барьер "черты оседлости" и заняли роскошные особняки в Москве и Санкт-Петербурге, в то время как по ту сторону "черты" в нищете и бесправии жили десятки, а позднее и сотни тысяч еврейских трудящихся.

Здесь необходимо сделать отступление. По нашему убеждению, утверждать, что какой-либо народ, народность или национальная группа "страдала больше, чем кто-либо на свете на протяжении всей истории человечества",- значит не только намеренно, в угоду низменным националистическим устремлениям извращать факты прошлого, но и сознательно вставать на позиции расизма, лишь вывернутого наизнанку, воспитывать открытую или затаенную неприязнь ко всем и вся, сеять рознь.

Именно такой путь целеустремленно избрали сионистские лидеры, стремясь в интересах эксплуататоров сплотить под библейским знаменем "богом наказуемой, но и богом избранной нации" мультимиллионеров поляковых, оппенгеймеров, ротшильдов с еврейскими рабочими и ремесленниками и противопоставить трудящихся евреев трудящимся неевреям.

В представлении сионистов, эпоха "черты оседлости" - это лишь материал для циничных спекуляций на страданиях еврейских трудящихся (которые в некоторые исторические периоды и в масштабах отдельных стран действительно можно назвать тягчайшими), это лишь "аргумент" в доказательство "ни с одним народом не сравнимых мук всемирной еврейской нации на протяжении всех времен".

Общеизвестно, что история войн и борьбы в обществе, разделенном на антагонистические классы, насыщена жестокостью. Каждый народ хранит в памяти цепь событий, связанных с насилием, зверскими, кровавыми расправами, бедствиями и лишениями масс.

Поэтому профессиональные стенания сионистов производят мало впечатления на тех, кто знает и помнит такие исторические эпизоды, как "ослепление болгар", "сидение на костях" или транспортировку в Америку миллионов африканцев в трюмах кораблей, которые принадлежали в том числе и предкам сионистов по классу - еврейским торговцам и банкирам.

Судьбы же еврейских трудящихся были столь же незавидны, как и судьбы народов, среди которых они жили, частью которых они все больше и больше становились в совместном труде и борьбе против угнетателей.

И не мифы сионистов, а действительное положение вещей дало возможность Леонарду Штейну, характеризовавшему годы, непосредственно предшествовавшие возникновению сионизма, заявить о том, что Палестина для подавляющего большинства евреев уже "давно перестала быть Палестиной реальности.

О ее географическом расположении или физическом бытии они знали мало или вовсе ничего. Они не были связаны с этой страной узами личной привязанности, их не преследовали видения ее ландшафтов... собирание изгнанных оставалось для них в буквальном смысле слова собиранием изгнанных.

Но это - не дело человека, это сделает бог в необозримом будущем, тогда, когда придет мессия" 49.

Иными словами, через 18 веков Л. Штейн повторил то, что утверждал еще Филон Александрийский. И не повторить было трудно: факты истории - упрямая вещь.

Развал феодальной системы, бурное развитие капитализма и рост класса пролетариев в Европе, французская буржуазная революция - все эти гигантские потрясения и сдвиги в судьбах народов всего мира обладали такой силой воздействия, на которую не были рассчитаны воздвигнутые в средние века стены еврейских гетто.

Говард Сашар пишет, что в тот период, "хотя большинство еврейских общин и сумело сохранить целостность своих внутренних систем - религии, образования и судов, эти общины тем не менее находились на грани банкротства и открытой классовой борьбы" 50 (курсив наш. - Ю. И.).

В эпоху капитализма стены еврейских гетто рухнули, дав свободный ход прерванному лишь на относительно короткий период средних веков процессу активной ассимиляции евреев среди народов тех стран, в которых они жили.

"По всей Европе, - писал Владимир Ильич Ленин, - паденье средневековья и развитие политической свободы шло рука об руку с политической эмансипацией евреев, переходом их от жаргона к языку того народа, среди которого они живут, и вообще несомненным прогрессом их ассимиляции с окружающим населением" 51.

Характеризуя этот период, Л. Штейн в своей работе "Сионизм" подчеркивал; "Эмансипированные евреи Запада не могли более считать себя изгнанниками, живущими в отдельном мире. Они были неразрывно связаны со странами, в которых они родились и с которыми их соединяла не только политическая приверженность, но и самые интимные интересы и привязанности...

Они перестали быть просто евреями, они как англичане, французы, немцы и пр. шли их различными путями. Их более не удовлетворяли доктрины старого мира об "изгнании и исходе", которые проистекали из представления о евреях как о рассеянных осколках бездомного народа" 52.

Бурный процесс эмансипации, на который указывал Владимир Ильич Ленин, рушил на своем пути все преграды. Закачалась и главная опора еврейских банкиров, заводчиков и торговцев - иудаизм.

В 1885 году в Питтсбурге на общенациональной конференции представителей реформированной иудейской церкви делегаты единодушно заявили: "Мы не ждем возвращения в Палестину... Америка - наш Сион" 53.

Еще ранее, в 1818 году, в Гамбурге раввин Исраэль Якобсон распорядился установить в синагогах органы, а гимны петь на немецком языке 54. Этому предшествовало удаление из всех молитв упоминания о Сионе. "Штутгарт - вот наш Иерусалим!" 55 - провозгласил один из лидеров иудаизма в Германии.

Поляризация сил в разваливавшихся под ударами событий новой эпохи еврейских общинах шла быстрыми темпами.

Еврейские трудящиеся были среди 15 тысяч повстанцев, сосланных без суда и следствия французскими властями после революции 1848 года. В то же время "Ротшильды и бетманны выдавали займы римскому папе, генералу Луи Кавеньяку во Франции, подавившему восстание 1848 года, Меттерниху в Австрии..." 56

"Мы (еврейские рабочие. - Ю. И.) вливаемся в армии социализма..." 57 - этот призыв прозвучал на праздновании Первого мая в 1892 году. И это было не просто фразой: участие еврейских рабочих в забастовочном движении трудящихся Европы и Америки неуклонно росло.

В то же время "еврей-капиталист взывал к содействию полиции для подавления стачек, а на помощь ей спешил и раввин с проповедью с амвона против смутьянов".

Сын "короля" питейных заведений России Евзеля Гинцбурга Гораций Гинцбург - один из владельцев Ленских золотых приисков - подносил царской семье подарки в знак благодарности за расстрел "бунтовщиков"; еврейские же трудящиеся в "черте оседлости" бастовали в знак солидарности с ленскими рабочими.

Анализируя борьбу трудящихся России против гнета самодержавия, В. И. Ленин отмечал, что "освободительное движение евреев гораздо глубже и гораздо шире в России, благодаря пробуждению геройского самосознания среди еврейского пролетариата..." 58.

* * *

Уже вышеизложенным можно было бы достаточно четко объяснить стремление сионистов облачиться в одежды древности. Однако выводы о причинах, побудивших их к сочинению мифа о древности сионизма, оказались бы далеко не полными, оставь мы в стороне другие, не менее важные события, имеющие непосредственное отношение к делу.

Задолго до первых попыток Теодора Герцля и К° выступить с идеей о "создании еврейского государства" заявили о себе другие, так сказать, истинные сионисты, которым (в действительности) принадлежит приоритет не только в выдвижении этой идеи, но и в разработке конкретных планов колонизации различных районов мира, где евреи были бы той живой силой, которой предписывалось вынести первые жестокие невзгоды новопоселенцев.

Именно эти сионисты-неевреи пытались пропагандировать подобного рода "необходимость", искали среди евреев достаточно влиятельных деятелей, которые могли бы придать идее переселения и концентрации лиц еврейского происхождения характер "национальный".

Первыми сионистами были правящие круги колониальных империй.

"С соизволения и под протекцией голландской Вест-Индской компании в 1652 году на острове Курасао земельные угодья были предоставлены Жозефу Нунезу да Фонсеке и другим с целью создания там еврейской колонии. Попытка не увенчалась успехом" 59.

В 1654 году Англия намеревалась поселить евреев в своей колонии Суринам, а Франция в Кайенне.

Первую серьезную попытку колонизации Палестины путем переселения туда евреев предпринял в своих стратегических целях Наполеон Бонапарт в 1799 году, но закончилась она столь же безуспешно, как и предыдущие.

Историк-сионист Наум Соколов, не без сожаления комментируя это, писал: "Так как провалилась вся экспедиция (наступление Наполеона из Египта на Сирию. - Ю. И.), то и еврейское общественное мнение разделилось. Не в отношении принципа, а в отношении данной возможности и средства" 60.

Незадолго до того, как Наполеон призвал к колонизации Палестины, во Франции было опубликовано анонимное письмо, написанное якобы одним из членов еврейской общины своему другу: "Я предлагаю оккупировать страну - с соизволения Франции, - которая включала бы Нижний Египет, а также район, границы которого будут простираться от Птомели до Осфальтового озера или Мертвого моря и от южной оконечности этого озера до Красного моря".

Анонимный автор приводит следующие мотивы оккупации этой территории. "Заняв положение, - утверждает он, - которое является наивыгоднейшим в мире, мы станем благодаря Красному морю королями торговли с Индией, Аравией, Южной и Восточной Африкой, Абиссинией и Эфиопией - богатейшими странами, снабжавшими царя Соломона таким огромным количеством золота, слоновой кости, драгоценных камней..." 61. В письме все эти богатства, естественно, предлагалось делить с Францией.

Даже Н. Соколов признает, что письмо было опубликовано "по совету тех, кто в то время находился у власти во Франции" 62.

Если, однако, попытки французских колонизаторов использовать евреев в своих целях на Ближнем Востоке можно назвать лишь историческим эпизодом, то усилия английских правящих кругов в этом направлении следует характеризовать не иначе как последовательную реализацию хорошо продуманного плана.

В 1840 году ведущие европейские колониальные державы, боровшиеся за влияние в хиреющей турецкой империи, рассматривали вопрос о будущем Сирии, оккупированной египетскими войсками.

17 августа 1840 года лондонская "Таймс" в статье "Сирия - возрождение евреев" писала: "Предложение (такого предложения, насколько известно, никто не вносил. - Ю. И.) переместить евреев в страну их отцов и поселить там под протекторатом пяти держав не является более вопросом рассуждений, а представляет, скорее, предмет серьезного обсуждения".

Если, однако, "Таймс", как английский официоз, была вынуждена говорить языком дипломатическим и подчеркивать, что она радеет также и за прочих колонизаторов, то в других кругах Англии не считали необходимым скрывать по этому вопросу свои истинные побуждения и взгляды.

Видный английский политический деятель Шафтссбури в письме министру иностранных дел Великобритании Палмерстону (от 25 сентября 1840 года) писал, что Сирию необходимо превратить в английский доминион.

Он подчеркивал, что для этого потребуются капитал и рабочая сила, а "капитал по природе своей всегда без большой охоты направляется в любую страну, где имущество и жизнь не находятся в безопасности". В заключение Шафтесбури предлагал: "Если бы мы продумали вопрос возвращения евреев в свете восстановления или колонизации Палестины, мы обнаружили бы, что это - самый дешевый и надежный путь обеспечения данного малонаселенного района всем необходимым" 63.

Борьба колониальных держав за влияние на Ближнем и Среднем Востоке в период, предшествовавший строительству Суэцкого канала и после завершения его создания, была крайне напряженной.

Д-р Эдвард Робинсон (1797-1863), характеризуя упорное противоборство колониальных держав в этом районе мира, писал: "Франция уже давно была признанным защитником католиков... в лице сторонников греческой церкви Россия всегда имела надежных союзников... Но в ком же Англия могла найти своих союзников в той или иной части турецкой империи?" 64

Англия стремилась обеспечить себе поддержку восточных евреев (приняв в этот период закон об их опеке) и убедить европейских евреев в необходимости переселения (под ее эгидой) в Палестину.

25 января 1853 года полковник Георг Гаулер, бывший генерал-губернатор Южной Австралии и, следовательно, опытный колониальный чиновник, заявил в английском парламенте: "Божественное провидение расположило Сирию и Египет на пути Англии к наиболее важным районам ее колониальной внешней торговли - Индии, Китаю, Индийскому архипелагу и Австралии... Перст божий указывает Британии энергично заняться созданием благоприятных условий в обеих этих провинциях...

Рука Британии должна обновить Сирию посредством единственно подходящего для этой миссии народа, чья энергия может быть использована постоянно и эффективно - истинных сынов этой земли, сынов Израиля" 65.

Примечательно, что в своем послании в 1854 году д-р Н. Адлер, главный раввин Великобритании, фактически выступил против подобных призывов английских колонизаторов. Он писал, что судьбы евреев в руках господних, который повелел "не взывать к его воле, не будить его любовь до часа, который он сам предрешит" 66.

Однако чем дальше, тем обнаруживалось все больше желающих разбудить нерадивого Яхве. В 1866 году Генри Дунант, основатель организации Международного Красного Креста, предложил создать Восточное международное общество с целью развития Палестины "при участии народа Израиля". Дунант указывал, что "влиятельные люди во Франции, Англии и других странах благожелательно относятся к такому проекту" 67.

Такого сорта "коллективная собственность", однако, никак не могла устроить англичан. На склоне лет уже известный нам английский политический деятель Шафтесбури подчеркивал в печати: "Сирия после преобразования будет преимущественно торговой страной, а кто же преимущественно торговцы в мире? Разве найдется более благодатное место и более благодатная сфера, где можно было бы развернуться еврею? Разве у Англии нет своих особых интересов, чтобы осуществить необходимое преобразование? Для Англии будет ударом, если кто-либо из ее соперников овладеет Сирией".

Трудно допустить, чтобы христианский священник преподобный Джеймс Нейль, земляк Шафтесбури, не знал, что по канонам иудаизма лишь сам бог через посланника-мессию "должен собрать всех евреев в тени священной горы Сион". Это обстоятельство, однако, его не смущало.

Сообразуясь с интересами правящих кругов "старой доброй" Англии, он писал в 1877 году в своей книге "Переселение в Палестину или собирание рассеянного Израиля", что англичанам вряд ли удастся колонизировать Палестину столь же успешно, как Северную Америку, из-за жары, чинимых арабами трудностей, отсутствия эффективной защиты и многого другого. Поэтому он предлагал использовать для этой цели евреев.

Премьер-министр Англии Герберт Асквит в своем дневнике свидетельствует приблизительно о такой же "логике" своего преемника Ллойд Джорджа.

Он писал по поводу обсуждения одного из многочисленных планов овладения Палестиной: "Как ни странно, еще одним защитником предложения был Ллойд Джордж. И мне не стоит говорить, что ему ни к черту не нужны ни евреи, ни их прошлое, ни их будущее, однако он считает, что переход священных мест под опеку... "атеистической" Франции был бы катастрофой" 68.

В 70-х годах XIX столетия в Англии создается "Сирийско-палестинская колониальная компания" с целью "обеспечения колонизации Сирии, Палестины и близлежащих стран лицами благопристойными как христианами, так и евреями" 69. Сионизму оставалось, как говорится, только появиться, иначе, по заявлению сионистского лидера начала XX века Макса Мордау, "Англии пришлось бы его выдумать" 70.

В 1897 году, как уже упоминалось, была основана Всемирная сионистская организация. В 1902 году возникает международное сионистское акционерное общество - Еврейский колониальный трест, "который представляет собой финансовый инструмент сионистского движения в достижении главной цели - промышленного и коммерческого развития Палестины и соседних стран" 71.

Комментируя эти события, Наум Соколов писал: "Все великие победы Британии в ее мирных (?) завоеваниях, начинавшихся с учреждения фонда или треста, явились для сионистов примером. Сесиль Родс, начинавший всего с одного миллиона фунтов стерлингов, создал Родезию, простирающуюся на 750 тысяч квадратных миль.

Британская компания по освоению Северного Борнео обладала капиталом в 800 тысяч фунтов стерлингов, а сейчас она господствует на территории 31 тысячи квадратных миль.

Британская восточноафриканская компания, овладевшая 200 тысячами квадратных миль, начинала свою деятельность с той же самой суммы денег, что и учрежденный Еврейский колониальный трест, - 250 000 фунтов стерлингов" 72.

Акции Еврейского колониального треста на первых порах были выпущены на сумму в 2 миллиона фунтов стерлингов. Вокруг сионистского колониального начинания был поднят немалый шум. Лидеры сионизма всячески стремились рекламировать созданную ими корпорацию как некое "общенациональное еврейское" детище и собственность. Но это была откровенная трескотня, рассчитанная на простаков.

В свете недвусмысленных высказываний Н. Соколова становится совершенно очевидным, что сионизм возник не как движение, и тем более не как народное движение, а как капиталистическое предприятие. Пайщиками возникшей корпорации были крупные дельцы многих стран, коммивояжерами - сионистские лидеры.

Сионизм оформился организационно именно как колонизационное, связанное тесными узами с империалистическими кругами предприятие, нужды которого обслуживало международное объединение сионистов.

Именно такое положение вещей дало возможность "барону" Эдмонту Ротшильду заявить незадолго до первой мировой войны: "Без меня сионисты не продвинулись бы ни на шаг, но и без сионистов мои труды стали бы на мертвой точке".

Сионизм возник как явление чуждое не только для еврейских трудящихся, боровшихся совместно с рабочим классом своих стран за лучшее будущее, но и вообще для подавляющего большинства лиц еврейского происхождения, живших в самых различных точках земного шара.

Именно это обстоятельство позволило Леонарду Штейну утверждать: "Для эмансипированною еврея, менее всего желавшего, чтобы к нему относились с повышенным вниманием, сионист был анфантеррибль.

Для реформиста, который в сионизме видел не только источник неудобств, но и угрозу духовным ценностям, которые он искренне берег, сионизм был не менее нежелательным.

Для ультраортодокса, если взглянуть на противоположный конец шкалы, сионист являлся не более чем осквернителем веры, претенциозно пытающимся подтолкнуть руку всемогущего".

Однако же сионизм возник. Каковы основные причины этого? Попытаемся, подытоживая вес сказанное ранее, кратко сформулировать их.

1. Противоречия Англии и Франции, а позднее и консолидировавшейся Германии в районе Ближнего Востока, который все еще находился в пределах одряхлевшей Оттоманской империи, борьба за ее окончательный раздел вынуждали каждую из колониальных держав (учитывавших, что это были уже не времена огульных колониальных захватов, а рубеж XIX и XX столетий, когда каждое новое "колониальное приобретение" грозило вызвать широкие военные контрмеры соперников) искать благовидные предлоги для расширения сферы своего влияния.

Идея переселения евреев в Палестину (а как мы позднее увидим, вообще в какую-либо страну, представлявшую непосредственный интерес), давно вынашиваемая английскими правящими кругами, выглядела наилучшим вариантом "благопристойной" колонизации. (Эту идею был намерен эксплуатировать даже Бисмарк, планировавший поселить евреев вдоль железной дороги Берлин - Багдад.)

Для реализации такого рода проектов, однако, необходимы были людские ресурсы, обеспечить которые долгие годы безуспешно стремилась, в частности, Англия.

Следовательно, существовала конкретная заинтересованность империалистов Англии, Франции и Германии в поддержке сил, бравших на себя роль практических исполнителей в осуществлении взаимовыгодного предприятия: колонизации Палестины или, как планировал Бисмарк, различных частей Оттоманской империи.

2. Обострение классовой борьбы в преддверии XX века ставило империализм перед необходимостью консолидации и поддержки всех сил, так или иначе выступавших против интернационального пролетарского движения, классовой солидарности и борьбы всех трудящихся.

Следовательно, существовала объективная заинтересованность правителей всех без исключения крупнейших европейских государств в таком явлении, как сионизм.

3. Процесс классовой дифференциации и распада еврейских общин и стремление еврейских трудящихся выйти из-под контроля общинных управителей н каждой стране, где имелось еврейское население, формировал из числа лиц, принадлежащих к верхушечным слоям общины, группы единомышленников, которые стремились в любой форме восстановить и укрепить былую гегемонию, обеспечить контроль над массой еврейских трудящихся.

Следовательно, налицо были и конкретные политические предпосылки образования Всемирной сионистской организации.

Сионизм, иными словами, возник как овеществленная в Еврейском колониальном тресте и Всемирной сионистской организации попытка проимпериалистической еврейской буржуазии восстановить утраченный верхушкой еврейских общин контроль (теперь уже буржуазных слоев) над массами еврейского населения, задержать "несомненный прогресс, - как подчеркивал В. И. Ленин, - их ассимиляции с окружающим населением", обеспечить в масштабе каждой страны и в международном масштабе политический и физический резерв, способный быть использованным с целях главного союзника и старшего партнера сионизма - наиболее могущественной в данный исторический период империалистической державы.

Совершенно очевидно, что лозунг "еврейского государства" приобретал в конкретных условиях конца XIX - начала XX века чисто "инструментальный" характер. Создание "еврейского государства" сионистские лидеры всегда представляли себе не как цель, а как средство достижения других, гораздо более широких целей: восстановления контроля над еврейскими массами, всемерного обогащения во имя власти и паразитарного благоденствия, защиты и укрепления империализма.

Скрыть истинную классовую сущность сионизма, его действительные притязания и планы, изгладить из памяти его истинную дату рождения и причины появления на свет, убедить еврейское население стран мира, что сионизм - это именно то, чего они всю жизнь желали, но о чем лишь по чистой случайности не догадывались, - вот цели, которые преследовал распространяемый и поныне миф о так называемой древности сионизма.
 


Просмотров: 1501
Рекомендуем почитать



Новости партнеров

Популярное на сайте
MTV – уникальное средство для промывания мозгов Осторожно Хабад! Чернобыльская авария это теракт Тайны Иллюминатов Что евреи сделали с Украиной Глава еврейской общины Украины гестаповец Коломойский - спонсор нацистких партий Свобода и Удар